В настоящее время экологической проблематике уделяется достаточно много внимания — как в контексте экологического воспитания подрастающего поколения, так и при обсуждении мировоззренческих основ хозяйственно-экономической деятельности человека. Однако при сугубо светском подходе мировоззренческие мотивации, по сути, ограничиваются утилитарными принципами «общего блага», или идеями «гармонии с природой» и эстетизма, иногда весьма близкими к языческому натурализму. Кроме того, интерпретации причин современного экологического кризиса в последние десятилетия, к сожалению, часто становятся все более тенденциозными, когда речь заходит о христианских или библейских корнях антропоцентричной европейской культуры1.

Экологический кризисЛюбому педагогу, экономисту, администратору, социологу, эксперту, соприкоснувшемуся с необходимостью вести разговор об экологической этике, важно быть хорошо знакомым с христианским видением указанной проблематики.

Постараемся разобраться в том, насколько же обоснованы выдвигаемые против христианства обвинения в «деспотичном, потребительском антропоцентризме», а затем рассмотрим мировоззренческие мотивации, лежащие в основе православной экологической этики.

Библейская герменевтика — наука о принципах толкования Священного Писания — говорит о том, что любой фрагмент текста можно понять только при рассмотрении его в более широком контексте. Кроме того, высказывания отдельных библейских авторов не могут рассматриваться иначе, как в свете целого в связи со Священным Преданием — многовековой толковательной традицией Церкви2. Вспомнив эти элементарные и в то же время основополагающие правила, обратимся к обзору актуальной темы взаимоотношения человека и природы3.

Библейские тексты, повествующие о творении, — прежде всего Шестоднев, — отражают идеальный, логосный принцип иерархичности Мироздания, возглавляемого Самим Творцом «всего видимого и невидимого». Согласно Дионисию Ареопагиту (I—II вв.) и прп. Максиму Исповеднику (580–662), материя «имеет некий отзвук умственного благолепия» и «несет сама в себе доказательства того, что от Бога и появилась она и Им была упорядочена. Так что всякий материальный порядок имеет некие смутные и неясные черты подобия и сходства с умственным», т. е. постигаемым духовно4.

Космос иерархичен, как и иерархична природа человека — «микро-», и одновременно «макрокосма»5, — «совокупляющего в себе, — по слову святителя Филарета (Дроздова; 1782–1867), — жизнь растений, животных и Ангелов, жизнь временную и вечную, жизнь по образу мира и по образу Божию»6 (Быт. 2:7). Христианская толковательная традиция, за полтора тысячелетия до открытия и формулировки принципов холистичности и системности, учила о «ступенчатом», иерархическом устроении Космоса, главой и царем которого и был поставлен Богом первозданный Адам: «природа как бы из ступенек, то есть из отличительных признаков (идиом) жизни, совершает восхождение от самого малого к совершенному», — замечает святитель Григорий Нисский (335–394)7. Согласно святителю Григорию Паламе (1296–1359), Бог «все видимое и невидимое произвел ради человека. Ведь не [только] небо и землю, воду, воздух и огонь, а также все, что [заключается] в них, [сиречь] разнообразные виды животных и растений, которые нам невозможно [и] перечислить по порядку, но даже сами многообразные и бесчисленные мириады ангелов [Бог] произвел ради человека»8. В категориях современной терминологии сама «сфера жизни» в свою очередь вписывается в стройный иерархический ряд, состоящий из геосферы (включающей в себя литосферу — земную кору, гидро- и атмосферу), биосферы и ноосферы — сферы разумной творчески-преобразующей деятельности человека.

В ХХ в. на страницах своих «Основ христианской философии» известный православный богослов и мыслитель протоиерей Василий Зеньковский (1881–1962) обращал внимание на то, что обобщенно все мироздание может быть разделено на 6 автономных «уровней», причем каждый невыводим из более низших и несводим к ним: «всякая высшая ступень опирается на низшую, но не есть продукт ее; эта прерывность в строении бытия и может быть выражена понятием иерархической структуры» (по нисходящей линии)9:

— духовное бытие (личностное существование);

— психосфера (психическое проявление жизни);

— биосфера (феномен материальной жизни);

— химическое бытие (атомно-молекулярные структуры);

— материальное физическое бытие (материя с фундаментальными законами ее существования);

— математическое бытие (логика мироздания), которое м.б. размещено в данной схеме также в самом верху — как посредующее между умопостигаемым и материальным10.

Несмотря на то, что мир слагается из независимых друг от друга «единиц бытия», он, тем не менее, сопряжен в целостное гармоничное единство, свидетельствующее о Едином Творце.

Таким образом, грандиозная и стройная иерархия видимого мироздания, отображающая сверхчувственную красоту мира невидимого, в метафизическом смысле венчается образом Божиим — человеком, соединяющим в себе по замыслу Творца оба мира в деятельном и созерцательном служении Живоначальной Троице.

Человек поставлен Богом властвовать над мирозданием: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт. 1:28), что видно также и из повеления наречь имена всем тварям (Быт. 2:19–20).

Согласно библейско-святоотеческому учению, первозданный Адам, обладающий по дару Творца царственным достоинством11, несет прямую ответственность перед Богом за весь Космос, является единым и в то же время двуприродным, духовно-материальным существом, соединяющим в себе все творение:

«Художническое Слово созидает живое существо, в котором приведены в единство то и другое, т. е. невидимая и видимая природа; созидает, говорю, человека из сотворенного уже вещества, взяв тело, а от Себя вложив жизнь (что в Слове Божием известно под именем разумной души и образа Божия), творит как бы некоторый второй мир — в великом малый; поставляет на земле иного ангела, из разных природ составленного, поклонника, зрителя видимой жизни, таинника твари умосозерцаемой, царя над всем, что на земле, подчиненного горнему царству, земного и небесного; временного и бессмертного, видимого и умосозерцаемого ангела, который занимает середину между величием и низостью, один и тот же есть дух и плоть — дух ради благодати, плоть ради превозношения, дух, чтобы пребывать и прославлять Благодетеля, плоть, чтобы страдать, и, страдая, припоминать и, поучаться сколько умудрен он величием; творит живое существо, здесь предуготовляемое и преселяемое в иной мир и (что составляет конец тайны), чрез стремление к Богу, достигающее обожения», — пишет святитель Григорий Богослов (329–289)12 о человеке разумном и духовном, имеющем высочайшую цель и смысл существования13. Бог торжественно вручил первозданному Адаму право власти как «великое наставление, показывающее, что истинный Владыка тварей есть Бог, и что человек должен пользоваться даруемым ему владычеством в совершенном послушании и преданности воли Божией. <…> Ему поручено было также хранить рай (Быт. 2:15) не столько от тварей, подчиненных ему, сколько от собственного своего невоздержания», — замечает святитель Филарет Московский14.

Опираясь на непосредственно наблюдаемую картину мира при толковании библейского Шестоднева, святитель Василий Великий (330–379) как бы стремится сказать, что мир — «училище душ человеческих»15 — полон чудесной гармонии для всякого бескорыстного наблюдателя, а создаваемые людьми схемы объяснения природного мира могут поддерживать это видение, и тогда они хороши, но могут и разрушать его16.

Проклятие земли (Быт. 3:17) и страдание твари (Рим. 8:20–23) является следствием дьявольского греха гордыни, желания людей стать «как боги» (Быт. 3:5) не посредством возрастания в жертвенной любви, а через узурпацию своего «права власти». Онтологическая взаимосвязь духовного состояния человека и состояния земной природы была показана и осмыслена в традиции святоотеческого богословия Владимиром Николаевичем Лосским (1903–1958). Согласно Божественному замыслу, высшая в иерархическом отношении часть первозданного человека — дух — должен был жить исключительно Богом, душа — духом, физическое тело — душой. Но в результате грехопадения прародителей и неправильного расположения ума, чувств и воли у современных людей «дух начинает паразитировать на душе, питаясь ценностями не Божественными <…> Душа, в свою очередь, становится паразитом тела — поднимаются страсти. И, наконец, тело становится паразитом земной вселенной, <…> и так обретает смерть»17. Действительно, хозяйственный и всякий иной эгоизм на личностном и цивилизационном уровне, жаждущие немедленного удовлетворения самые разнообразные страсти по существу стали преимущественным двигателем технического прогресса, губящего природную среду. «Антропогенная основа экологических проблем показывает, что мы изменяем окружающий мир в соответствии со своим внутренним миром, а потому преобразование природы должно начинаться с преображения души», — указывается в Основах Социальной Концепции Русской Православной Церкви (Разд. 13:5)18. По словам В. Н. Лосского, человек ответственен за мир именно потому, что он есть то слово, тот логос, в котором мир может высказываться, и «только от нас зависит — богохульствует он или молится»19. Так начинает раскрываться нравственный аспект процесса взаимодействия человека и биосферы.

Извращенная власть, связанная с эгоцентризмом, сама себя обрекает суду Божиему, как сродная демоническому началу: «Видел я тогда, что за изречение высокомерных слов, какие говорил рог, зверь был убит в глазах моих, и тело его сокрушено и предано на сожжение огню. И у прочих зверей отнята власть их, и продолжение жизни дано им только на время и на срок… Затем воссядут судьи и отнимут у него власть губить и истреблять до конца» (Дан. 7:11–12, 26).

Но и для поврежденного грехом, утратившего первозданный Эдем человечества остается незыблемым принцип ответственности, неразрывно связанный с понятием власти. Власть над подчиненными в Ветхозаветном законе всегда ограничивается строгими религиозно-моральными обязательствами (Исх. 21:1–6, 26–27; Сир. 33:31–33; 7:22–23)20 в т. ч. и перед сотворенной природой: «В седьмой год да будет суббота покоя земли, суббота Господня: поля твоего не засевай и виноградника твоего не обрезывай; что само вырастет на жатве твоей, не сжинай, и гроздов с необрезанных лоз твоих не снимай; да будет это год покоя земли» (Лев. 25:5).

В Новом Завете идеалом властителя является Сам Царь царей — второй Адам — Господь Иисус Христос: «Он же сказал им: цари господствуют над народами, и владеющие ими благодетелями называются, а вы не так: но кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий — как служащий. Ибо кто больше: возлежащий, или служащий? не возлежащий ли? А Я посреди вас, как служащий». (Лк. 22:25–27). Троном Царя царей, Царя Славы является… Крест: «Превозносите Господа, Бога нашего, и поклоняйтесь подножию Его: свято оно!» (Пс. 98:5), — этот стих ветхозаветного пророческого псалма звучит как прокимен на богослужениях, посвященных воспоминанию Крестной Жертвы Спасителя.

В последователях воплотившегося Мессии «должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Фил. 2:5). Обоснованием этического принципа ответственности человека перед Богом за вверенное ему творение может послужить и притча Иисуса Христа о верном домоуправителе (Мф. 24:45–51; Лк. 12:42–48), где «человек представлен как назначенный господином управитель большого дома, ожидающий возвращения своего господина и обязанный дать Ему отчет в своей деятельности»21.

* * *

Ноосферой или «сферой разума» (греч. Νόος — «разум» и σφαῖρα — «шар») называется сфера взаимодействия общества и биосферы, в границах которой разумная, «управляющая» человеческая деятельность становится определяющим фактором развития планеты Земля. Ноосферу также можно охарактеризовать как органическое единство «природы» и «культуры».

Впервые понятие «ноосфера» было предложено французским профессором математики из Сорбонны Э. Леруа (Édouard Leroy; 1870–1954), который трактовал ее как «мыслящую» оболочку планеты, формирующуюся человеческим сознанием. Э. Леруа всегда подчеркивал, что пришел к идее ноосферы совместно со своим другом — палеонтологом, католическим священником и философом П. Тейяром де Шарденом (Pierre Teilhard de Chardin; 1881–1955). При этом Леруа и Шарден основывались на лекциях по геохимии, которые в 1922/1923 гг. читал в Сорбонне русский ученый-мыслитель Владимир Иванович Вернадский (1863–1945).

Большой интерес к работам В. И. Вернадского проявил богослов и философ священник Павел Флоренский (1882–1937). В письме к Вернадскому от 21 сентября 1929 г. он высказал предположение о наличии особой формы живой субстанции, «сферы духа», в определенном смысле родственной понятию ноосферы.

«Это, — писал отец Павел Флоренский, — именно мысль о существовании в биосфере или, быть может, на биосфере того, что можно было бы назвать пневматосферой, т. е. о существовании особой части вещества, вовлеченной в круговорот культуры или, точнее, круговорот жизни духа. <…> Несводимость этого круговорота к общему (геологическому. — Свящ. О.М.) круговороту едва ли может подлежать сомнению». Далее отец Павел ссылается на данные, по его выражению, «намекающие на особую стойкость вещественных образований, проработанные духом, например, предметов искусства. <…> Это заставляет подозревать существование и соответственно особой сферы вещества в космосе»22.

Таким образом, по мнению отца Павла, решающим мировоззренческим ракурсом в осмыслении феномена ноосферы должны быть не материализм и антропоцентризм, а жизнь Духа, теоцентризм. К сожалению, в силу известных трагических обстоятельств переписка мыслителей не имела продолжения и только в настоящее время некоторые идеи протоиерея Павла Флоренского находят свое подтверждение и востребованность23.

В. И. Вернадскому был свойствен исторический оптимизм: в необратимом развитии научного знания он видел единственное доказательство существования прогресса, однако при таком подходе явно чувствуется незавершенность и утопичность подхода. На протяжении многих лет партийные идеологи трактовали учение о ноосфере в контексте «построения мирового коммунизма», что нашло широкое отражение во всех советских учебниках. Именно в силу этих искажений в настоящее время требуется новое вдумчивое, не чуждое критики, богословское осмысление наследия крупных мыслителей — основоположников учения о ноосфере.

В определенной степени с высказываниям В. И. Вернадского об исключительно большой роли живого вещества в формировании лика Земли перекликается т. н. Гайа-гипотеза (Gaia hypothesis, от греч. Γαία — «Земля») — концепция, рассматривающая планету Земля как суперорганизм, который в результате саморегуляции способен поддерживать основные параметры среды на постоянном уровне. Ее сформулировали в 1970-х гг. британский эколог Дж. Лавлок (James Lovelock; род. в 1919 г.) и американская исследовательница-биолог Л.Маргулис (Lynn Margulis; род. в 1938 г.).

Взгляд на Землю как на единый организм, способный при помощи саморегуляции поддерживать основные параметры среды на постоянном уровне, порождает различные предположения относительно судьбы человечества на планете. Повлечет ли дисгармоничное сосуществование с биосферой «самоампутацию» цивилизации как больного органа или ситуация стабилизируется, и после «болезни», вызванной научно-техническими революциями, наступит «выздоровление»?

Безусловно, нельзя трактовать Землю-Гайю по аналогии с лемовским мыслящим Солярисом, — концепция лишь рассматривает планету в рамках системного подхода как сложнейшую саморегулирующуюся систему, что позволяет христианской апологетике осмыслять ее в рамках богословия — как задуманное Творцом воплощение целесообразности, произвольно нарушаемое человеком.

Современная наука говорит о том, что естественные постоянные круговороты атомов в биосфере и разнообразие форм жизни являются залогом стабильности единой планетарной экосистемы. В настоящее время уже никто не сомневается в необходимости целостного системного подхода при изучении «сферы жизни». Живая оболочка земли по существу является холоном (от греч. ὅλος — «целый, цельный») — органическим единством, в котором принципиально не может быть «лишних» или «ненужных» видов живых существ. Все биосферные процессы протекают согласовано и в конечном итоге прямо или опосредованно зависят друг от друга. Все это лишь подтверждает реальность существования «тонкой настойки» Вселенной на бытие в ней человека или т. н. космологического Антропного принципа, являясь его частным случаем24. Таким образом, разрушение естественной среды обитания, премудро и гармонично устроенной Творцом для человека — венца и конечной цели мироздания (Быт. 1:26–28), становится своего рода коллективным самоубийством. Это самый тяжкий в нравственном отношении грех, в котором навсегда отвергается дар беспредельной Божественной Любви.

Организм человека, отдавая старые и захватывая новые частицы вещества, примерно каждые 5–7 лет обновляется весь до последнего атома. Очевидно, что биосфера, планета и даже космос посредством обмена веществом есть продолжение нашей телесности, которая сама пребывает в состоянии «текучести» и «бывания». Размышления об этом встречаются и у церковных писателей древности, в частности, у святителя Григория Нисского25.

Таким образом, христианское отношение к телу вполне обоснованно может быть распространено и на окружающий мир в целом: «Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь» (Еф. 5:9). Тело нуждается в попечении, но «попечения о плоти» не должны «превращаться в похоти» (Рим. 13:14). «А желающие обогащаться впадают в искушение и в сеть и во многие безрассудные и вредные похоти, которые погружают людей в бедствие и пагубу» (1 Тим. 6:9). Как тело, безрассудно эксплуатируемое, страдает от греха невоздержанности и быстро умирает, так и окружающий мир. Между тем, по словам св. апостола Павла, «пользующиеся миром сим» должны быть «как не пользующиеся» (1 Кор. 7:29–31). Христианская аскетика, умерщвляющая «ветхого человека», — как здравая умеренность и действенная альтернатива языческому гедонизму совмещает земную мотивацию (дар здоровья ради служения Богу и ближним во время земной жизни) с несравненно более высокой — религиозной — в эсхатологической перспективе26. Тело свято — как нерукотворенный храм Божий (1 Кор. 6:19); оно, как и мир, призвано к преображению и вхождению в вечную жизнь («чаю воскресение мертвых»; Рим. 8:11; Откр. 20:12–13; 21:1). Значит, в контексте рассмотрения нравственных аспектов современного экологического кризиса, так важно принять во внимание взгляд на эту проблему именно с сакраментальной точки зрения. Согласно христианскому пониманию, Космос есть также и храм, в котором человек является священником, служащим Единому Творцу27. «В основе понимания природы как храма лежит идея теоцентризма: Бог, дающий „всему жизнь и дыхание и все“ (Деян. 17:25), является источником бытия. Поэтому сама жизнь в многоразличных ее проявлениях носит священный характер, являясь Божиим даром, попрание которого есть вызов, брошенный не только божественному творению, но и Самому Господу», — сказано в «Основах Социальной Концепции Русской Право-славной Церкви» (Разд. 13:4)28. Таким образом, корень всех экологических проблем — это, прежде всего, нравственное нестроение человека. К сожалению, сегодня для многих православное, а не языческое, представление о святости тела, равно как и о святости окружающего мира, остается чуждым.

Современный секуляризованный мир, почувствовав опасность, ищет выход из тупика собственными усилиями, пытаясь стабилизировать и упорядочить рост промышленного производства. В июле 1992 г. на Конференции ООН по окружающей среде в Рио-де-Жанейро была принята так называемая «Концепция устойчивого развития»29, согласно которой «богатые страны, потребляющие львиную долю ресурсов Земли и в такой же пропорции загрязняющие ее окружающую среду, должны изменить структуру и сократить уровень потребления, изменить технологии производства в пользу более экологически чистых, поделиться технологическими и управленческими знаниями с бедными странами, закупать сырье и в бедных странах по справедливым ценам»30. Дословно (sustainable development) — это развитие «продолжающееся» или «самодостаточное», т. е. стабильное, не противоречащее дальнейшему существованию человечества и развитию его в прежнем направлении. Концепция устойчивого развития появилась в результате объединения трех основных подходов к решению кризиса: экономического, социально-политического и экологического.

Ранее, в 1990 г. автоматический беспилотный космический зонд НАСА «Вояджер-1» сделал знаменитый снимок нашей планеты с окраины Солнечной системы на расстоянии 5,9 млрд км. На фотографии Земля занимает площадь 0,12 пиксела — отсюда название фото «Pale Blue Dot» — «бледно-голубая точка». В одном из своих выступлений — речи от 11 мая 1996 года один из кураторов проекта, знаменитый американский астроном К.Саган (Carl Sagan; 1934–1996) — весьма далекий от Церкви человек — поделился своими мыслями о значении этой фотографии:

«Взгляните еще раз на эту точку. Это здесь. Это наш дом. Это мы. Все, кого вы любите, все, кого вы знаете, все, о ком вы когда-либо слышали, каждый когда-либо существовавший человек прожил свою жизнь на ней. Все наши радости и страдания, тысячи самоуверенных религий, идеологий и экономических доктрин, каждый охотник и собиратель, каждый герой и трус, каждый созидатель и разрушитель цивилизаций, каждый король и крестьянин, каждая влюбленная юная пара, каждая мать и каждый отец, каждый подающий надежды ребенок, каждый изобретатель и путешественник, каждый духовный учитель, каждый продажный политик, каждая „суперзвезда“, каждый „верховный лидер“, каждый святой и грешник в истории нашего вида жили здесь — на этой пылинке, зависшей в лучах солнечного света.

Земля — очень маленькая сцена на необъятной космической арене. Вспомните о реках крови, пролитых всеми полководцами и императорами, чтобы, в лучах славы и триумфа, ненадолго стать хозяевами части этой песчинки. Вспомните о бесконечных жестокостях, совершаемых обитателями одного уголка этой точки над едва отличимыми от них обитателями другого уголка. О том, как часты их разногласия, о том, как жаждут они убивать друг друга, о том, как горяча их ненависть…

Земля пока — единственный известный мир, ютящий жизнь. Нашему виду больше некуда переселяться — по крайней мере, в ближайшем будущем. Побывать — да. Поселиться — еще нет. Нравится вам это или нет, на данный момент Земля — наш дом.

Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далекий образ нашего крошечного мира. Для меня он подчеркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали»31.

Указом Президента России от 1 апреля 1996 г. № 440 была также утверждена «Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию». Как и первый документ, принятый в Рио-де-Жанейро, она носит скорее декларативный характер и предлагает способ излечения последствий, а не самой болезни человечества —духовно-нравственной деградации. Важно понимать, что ноосфера В. И. Вернадского или «царство разума» как высшая стадия развития биосферы была бы способна преобразить все остальные иерархические уровни бытия только в том случае, если бы в средоточии ее лежала духовная жизнь во Христе.

В противном случае уродливым антиподом ноосферы становится дисгармоничная «какосфера» (греч. κακός — «дурной, плохой»)32 — среда, измененная деятельностью человека настолько, что в ней необратимо искажаются природные связи и существенно ограничивается способность к восстановлению.

Христианский тезис о преображении природы в отличие от «концепции устойчивого развития» не является лишь декларативным. Современные исследования православных экологов, проведенные в последние десятилетия, убедительно доказывают, что гармоничная триада «население-хозяйство-ландшафт» или так называемый геотрион православного монастыря и традиционной русской усадьбы в полной мере «может быть использован в качестве модели при проектировании экологически устойчивых социально-экономических систем»33. Напряженная духовная жизнь в русских монастырях положительно сказывалась на развитии хозяйства и в то же время буквально преображала жизненную среду на обширных пространствах, далеко за стенами обителей. Это явление аналогично обожению духа, души и тела православного подвижника в результате егодуховно-нравст-венного роста и непрестанного богообщения34. Действительно, даже крупнейшие обители, несмотря на значительные масштабы вовлечения в хозяйственный оборот природных ресурсов, никогда не оказывали деструктивного действия на среду, а наоборот, великолепно гармонировали с окружающим ландшафтом, «вписывались» в местную экосистему.

Ярким примером служит описание знаменитого Валаамского монастыря известным русским писателем Иваном Шмелевым (1873–1950) в начале ХХ в., когда эта обитель являлась крупнейшим не только духовным, но и хозяйственным центром России: «Острый гудок катится по проливу. Отвечают ему леса и скалы. Влево, на отвесной скале, высоко — собор. На голубых куполах, без солнца кресты сверкают — червонным золотом. По высоченной скале лепятся клены, висят над фруктовым садом…»35. В. И. Чирков, большую часть жизни посвятивший исследованию экосистемы Валаама уже в советское время, когда монастырь был закрыт и хозяйство обители пришло в запустение, приводит в своем исследовании «Сады Валаама» цитаты из архивных документов ХIХ в. Скупые записи рассказывают о том, с каким трудом на голых скалах создавалась насыпная почва местами саженной глубины, в состав которой входили песок, суглинок, щепной перегной36.

Не менее удивительно гармонируют с окружающей средой другие известнейшие обители: грандиозная природно-хозяйственная система Большого Соловецкого острова; Толгский монастырь, окруженный кедровой рощей и виноградником; Оптина пустынь с ее садами; Успенская Святогорская лавра; Троице-Сергиева Лавра; Святая гора Афон и многие другие. Вдохновленный этими примерами протоиерей Глеб Каледа (1921–1994) писал:

«Наши города тоже должны быть прекрасными, вписываться в природу, иметь индивидуальный облик. Замечено, что рост детской преступности колеблется в зависимости от природно-архитектурной обстановки их проживания. <…> Церковь сейчас <…> приступает к реставрации духовно-нравственных и экологических систем монастырских общежитий. Монастырские хозяйства могут стать, как и были в Православной Руси, образцами любовного экологически чистого хозяйствования»37.

В свете такого понимания взаимосвязи духовно-нравственного состояния человека и «здоровья» среды полностью не выдерживают критики попытки противопоставить в некоторых публикациях «стремящуюся достигнуть гармонии с природой» языческую цивилизацию и «потребительскую технотронную, христианскую»38, для которой якобы характерно «ортодоксальное <…> высокомерие в отношении к природе»39. По справедливому замечанию протодиакона А. Кураева, нонсенс здесь состоит и в том, что «теперь христианство модно обвинять не за его отсталость, не за его противодействие научно-техническому прогрессу, а, напротив, за то, что именно христианство, оказывается, и породило этот самый прогресс и все проблемы, с ним связанные»40, — эгоцентризм, гедонизм, алчность!

Касаясь вопроса о прогрессе и целеполагании в познании окружающего мира и взаимодействия с ним, важно помнить, что в естественных науках мотивации становятся все более утилитарными лишь в тесной связи с мерой секуляризации жизни общества. То, что изначально целеполагание было именно тео- и христоцентричным, свидетельствует принятая в XIV—XVIII вв. классификация знаний, венцом которых считалось богопознание и богословие. Например, великий чешский педагог Я. А. Каменский (Jan Amos Komenský, лат. Comenius; 1592–1670) определял последовательность обучения в целом так: в преддверии «Храма наук» изучается аппарат знаний, общие понятия; первый зал «Храма» олицетворяет видимый мир, природу;

во втором познается сила человеческого ума (математика); в третьем — внутреннее существо человека, нравственная свобода, или мораль; и наконец, «святая святых» «Храма» — теология (богословие)41. Великий немецкий ученый И. Кеплер (Johannes Kepler; 1571–1630) в предисловии к своему астрономическому труду «Гармония мира», который считал главным делом своей жизни, писал о том, что главной целью книги является прославление Всеблагого и Всемогущего Бога.

Разнообразные агиографические источники древнего и нового времени, отражающие живой опыт христианства, часто свидетельствуют о полноте взаимного понимания между очистившими свое сердце православными подвижниками и окружающей их дикой природой. Это эпизоды из житий преп. Герасима Иорданского, Сергия Радонежского, Серафима Саровского, Павла Обнорского. «Подлинное вышеестественное величие и милосердие по благодати», сострадание и бережное отношение ко всему живому отличало одного из величайших святых минувшего ХХ в. — прп. Силуана Афонского42.

Названные примеры ясно и наглядно показывают, что причиной экологического кризиса является не христианское учение и мировоззрение, а наоборот: или отход от тех духовно-нравственных ценностей и установлений, которые проповедует Церковь, или их равнодушное декларирование, ничего общего не имеющее с настоящей жизнью во Христе, т. е. губительный переход от христоцентризма к секулярному антропоцентризму. Библейско-святоотеческое учение утверждает, что Мир создан, конечно же, не ради человека,… а для Богочеловечества!

«Полное преодоление экологического кризиса в условиях кризиса духовного немыслимо», — сказано в «Основах Социальной Концепции Русской Православной Церкви» (Разд. 13.6)43.

Особое значение может иметь голос Церкви и в формировании религиозных мотиваций сохранения существующего биологического разнообразия на уровне организмов и экосистем как творения Божиего, особенно в тех ситуациях, когда экономические и социально-политические мотивы в силу ряда причин оказываются недостаточно эффективными.

Практическим выводом из рассмотрения библейско-вероучительных аспектов могут послужить некоторые богословско-этические принципы формирования экологически просвещенного и созидательного творчества, развитые в рамках христианской парадигмы44:

— отношение человека к природе находится в теснейшей взаимосвязи с отношением человека к Богу;

— кризис экологический проистекает из кризиса духовного;

— духовное начало жизни является фундаментальной основой экологической морали, способствующей выживанию природы, общества и противостоящей гедонистической идеологии потребления;

— в связи с этим определяющей в формировании и реализации процессов управления экологическими проектами на локальном, региональном и планетарном уровнях должна быть роль духовно-нравственного начала;

— глобальное мышление — локальное действие: «Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, [как] вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф. 7:5) — «спасайся сам и вокруг тебя тысячи спасутся» (преп. Серафим Саровский);

— человек призван не только бережно относиться к природным богатствам и красоте, но и способствовать их приумножению (Быт. 2:15);

— важно утверждение новой парадигмы в сферах образования и воспитания в аспекте экологического мышления, — здесь особо необходима широкая проповедническая деятельность Церкви.

В целом же христианское понимание феномена жизни как «откровения Божественной тайны», «первого и не имеющего себе равных дара Божиего человеку»45 должно помочь нам решить огромное число духовно-нравственных вопросов и обрести подлинный смысл существования. Но сначала секуляризированное общество должно заново открыть для себя утраченное христианство. Поэтому, говоря о необходимости создания современной экологической концепции Русской Православной Церкви, важно не забывать и о том, что воспитание просвещенного поколения христиан должно быть всегда самым приоритетным «проектом». Тогда экологические, социальные, экономические и всякие иные проблемы не покажутся столь уж безнадежно неразрешимыми.

__________

1 Алтфилд Р. Этика экологической ответственности // Глобальные и общечеловеческие ценности. М.: «Прогресс», 1990. С. 196–202. Уайт Л. Исторические корни нашего экологического кризиса // Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М.: «Прогресс», 1990. С. 188–202. Джон Ф. Хот Христианство и проблемы экологии. Гуманитарный экологический журнал. Т. 3. Вып. 2. 2001. С. 78–89. (Опубликовано: This sacred earth: religion, nature, environment. Ed. R. Gottlieb. London and New York: Routledge, 1996. P. 270–286.) Сокращ. пер. с английского С.Колоса. Электронный ресурс: http://ecoforum2.narod.ru/hem32/digest2.htm. Кураев А., диак. Виновно ли христианство в экологическом кризисе? // Дары и анафемы. Что христианство принесло в мир. Электронный ресурс: http://azbyka.ru/hristianstvo/sut/Kuraev_Dary_31-all.shtml.

2 Герменевтика библейская // Православная богословская энциклопедия в 25 тт., Т. ХI. М., 2006. С. 360–390.

3 Данная публикация логически связана с предшествующей: Мумриков О., свящ. Библейский взгляд на феномен научно-технического прогресса: Ноев ковчег или вавилонская башня? // Московские епархиальные ведомости. М., 2012. № 3–4. С. 91–97.

4 Дионисий Ареопагит. О небесной иерархии // Сочинения (с толкованиями преп. Максима Исповедника). Гл. II. СПб.: Алетейя, Издательство Олега Абышко, 2002. С. 63.

5 Ряд святых отцов и церковных писателей (св. Григорий Богослов, прп. Симеон Новый Богослов, прп. Никита Стифат) считали, что «великим миром» является не космос, а человек — как носитель образа Божия и главная цель творения. См.: Ким Н., свящ. О христианской антропологии // Рай и человек: наследие преподобного Никиты Стифата. СПб.: Алетейя, 2003. С. 270–272.

6 Филарет (Дроздов), святитель. Толкование на книгу Бытия. М.: Русскiй Хронографъ, 2004. С. 69.

7 Григорий Нисский, святитель. Об устроении человека. Гл. 8. СПб.: АХIОМА, 1995. С. 22–25.

8 PG. 151. 449 °C. Цит. по: Макаров Д. И. Антропология и космология св. Григория Паламы (на примере гомилий). СПб.: Издательство Олега Абышко, 2003. С. 188.

9 Зеньковский В. В. Основы христианской философии. М.: Канон, 1996. С. 164–171. Электронный ресурс: http://azbyka.ru/hristianstvo/sut_2/zenkovskiy_osnovy_hristianskoy_philosofii_04-all.shtml#14.

10 Еще Аристотель (ριστοτέλης; 384322 до Р.Х.) полагал, что число есть промежуточная сущность между миром вещей и идеями; преподобный Иоанн Дамаскин (VII—VIII вв.) учил о том, что математика «занимает среднее место между» познанием материального (то, что «созерцается в теле») и богословием, которому «свойственно рассматривать бестелесное и невещественное» (Иоанн Дамаскин. преп. Философские главы. Гл. III: О философии // Иоанн Дамаскин. Источник знания. Спб.: Наука, 2006. С. 11–12. (Электронный ресурс: http://www.pravlib.narod.ru/filosov_glav.htm). Галилей (Galileo Galilei; 1564–1642) считал, что Великая Книга Природы написана математическими символами, а человек, читая ее, познает мир посредством числа (Ср.: «Ты все расположил мерою, числом и весом» (Прем. 11:21).

11 Григорий Нисский, святитель. Об устроении человека. СПб.: АХIОМА, 1995. С. 13–21.

12 Григорий Богослов, святитель. Слово 38 // Творения. Т. I. М.: Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. С. 527.

13 Такое же библейско-святоотеческое понимание феномена человека содержится и в принятых на Юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года «Основах Социальной Концепции Русской Православной Церкви» (Разд. 12.6; 13.2; 14.2).

14 Филарет (Дроздов), святитель. Толкование на книгу Бытия. М.: Русскiй Хронографъ, 2004. С. 53, 75.

15 Василий Великий, святитель. Беседы на Шестоднев // Творения. Ч. 1. М., 1845. С. 8.

16 Гайденко В. П. Природа в религиозном мировосприятии. Вопросы философии. 1995. № 3. Электронный ресурс: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000096/index.shtml.

17 Лосский В. Н. Очерк Мистического Богословия Восточной Церкви. Догматическое Богословие. М., 1991. С. 253.

18 Основы социальной концепции РПЦ. Электронный ресурс: http://www.patriarchia.ru/ db/text/141422.html.

19 Лосский В. Н. Очерк Мистического Богословия Восточной Церкви. Догматическое Богословие. М., 1991. С. 242.

20 Власть // Православная богословская энциклопедия в 25 тт., Т. IХ. М., 2005. С. 109–116.

21 Платон (Игумнов), архим. Богословский подход к проблеме мира // Богословские труды. Юбилейный сборник «300 лет МДА». М.: Издание Московской Патриархии. 1986. С. 176.

22 Флоренский П., свящ. Письмо к В. И. Вернадскому // У водоразделов мысли. Сочинения. Т. 3(1). М.: Мысль, 1999. С. 451–452. В этом же письме о. Павел высказал пророческие мысли о возникновении новых направлений в науке: «Если в настоящий момент промышленность есть электрохозяйство и отчасти теплохозяйство, но вовсе не механохозяйство, а физика есть электрофизика, то присматривающемуся к ходу развития промышленности не может не быть очевидным, что промышленность будущего, и может быть близкого будущего, станет биопромышленностью, что за электротехникой, почти сменившей паротехнику, идет биотехника и что в соответствии с этим химия и физика будут перестроены как биохимия и биофизика». Там же. С. 451.

23 См.: Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Разд. 13.

24 Кураев А., диак. Размышления о I главе Книги Бытия // Альфа и Омега. М., 1995. № I(4). С. 33.

25 Григорий Нисский, святитель. О душе и о воскресении // Творения. Ч. 4., М., 1862. С. 201–326.

26 Джон Ф. Хот Христианство и проблемы экологии. Гуманитарный экологический журнал. Т. 3. Вып. 2. 2001. С. 78–89. (Опубликовано: This sacred earth: religion, nature, environment. Ed. R. Gottlieb. London and New York: Routledge, 1996. P. 270–286.) Сокращ. пер. с английского С.Колоса. Электронный ресурс: http://ecoforum2.narod.ru/hem32/digest2.htm.

27 Филарет (Дроздов), святитель. Толкование на книгу Бытия. М.: Русскiй Хронографъ, 2004. С. 51.

28 Основы социальной концепции РПЦ. Электронный ресурс: http://www.patriarchia.ru /db/text/141422.html.

29 Устойчивое развитие (sustainable development) — процесс развития цивилизации, в котором эксплуатация природных ресурсов, направление инвестиций, ориентация научно-технического развития, развитие личности и институциональные изменения согласованы друг с другом и, не разрушая биосферу, укрепляют нынешний и будущий потенциал для удовлетворения человеческих потребностей и устремлений. См. подробнее: Рио-де-Жанейрская декларация по окружающей среде и развитию. Принята Конференцией ООН по окружающей среде и развитию, Рио-де-Жанейро, 3—14 июня 1992 г. Электронный ресурс: http://www.un.org/ru/documents/ decl_conv/declarations/riodecl.shtml.

30 Курносов А.М., проф. Концепция устойчивого развития России: мифы и реальность // Рождественские чтения — 98. Сборник докладов. М.: Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, 1998. С. 345.

31 Саган К. Речь, произнесенная 11 мая 1996 г. Электронный ресурс: http://ru.wikipedia.org/ wiki/Pale_Blue_Dot.

32 Термин был предложен акад. Г. А. Заварзиным в 2003 г. См.: Заварзин Г. А. Антипод ноосферы // Вестник РАН, 2003, Т. 73, М 7. С. 627–636. Электронная версия: http://www.ras.ru/publishing/rasherald/rasherald_articleinfo.aspx?articleid=943b0eda-844a-4469-86ed-db5b6e09b41a.

33 Кивва К. В. Социальная экология и преображение жизненной среды России // Православие и экология. М.: Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, 1999. С. 311.

34 «Преподобный Бенедикт Нурсийский, основоположник западного монашества, утверждал, что лучший способ сохранения природы — это не просто защита ее от неправильных действий человека, а развертывание масштабной хозяйственно-трудовой деятельности на основе творческого взаимодействия с природой. Уставы иноческого жития, обязывавшие монахов трудиться, несли на себе печать духа овладения природой, вдохновленного второй главой книги Бытия. Люди „этого духа“ основательно работали над почвами, водами, фауной, флорой и были достаточно мудрыми, чтобы не нарушить экологическое равновесие». Платон (Игумнов), архим. Догматическое учение о творении и христианское отношение к природе // Журнал Московской Патриархии. Москва, 1989. № 2. С. 70.

35 Шмелев И. С. Старый Валаам. М.-СПб.: Лествица — Диоптра, 1997. С. 13.

36 Чирков В. И. Сады Валаама. СПб.: 1998. С. 47.

37 Каледа Г., прот., Чернышев С. Н. Экология, Православие и нравственность. (Религиозно-нравственныепроблемы экологии) // Православие и экология. М.: Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, 1999. С. 165–166.

38 Борейко Е. В. Экологический кризис в русском Православии. Электронный ресурс: http://ecoforum2.narod.ru/hem22/review1.htm.

39 Уайт Л. Исторические корни нашего экологического кризиса // Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М.: Прогресс, 1990. С. 188–202.

40 Кураев А., диак. Виновно ли христианство в экологическом кризисе? // Дары и анафемы. Что христианство принесло в мир. Электронный ресурс: http://azbyka.ru/hristianstvo/sut/Kuraev_Dary_31-all.shtml.

41 Гаврюшин Н. К. Образ науки ломоносовской эпохи // Виноград. М., 2006. № 3(15). С. 56–60.

42 Софроний, иером. Старец Силуан Афонский. М.: Подворье Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря, 1996. С. 86–87.

43 Основы социальной концепции РПЦ. Электронный ресурс: http://www.patriarchia.ru /db/text/141422.html.

44 См. например: Молдаванов О. И. Духовные и этические аспекты экологии // Православие и экология. — М.: Отдел религиозного образования и катехизации Московского Патриархата, 1999. С. 267–268.

45 Платон (Игумнов), архим. Богословский подход к проблеме мира // Богословские труды. Юбилейный сборник «300 лет МДА». М.: Издание Московской Патриархии, 1986. С. 174–187.