Введение

Одна из резолюций Второй Европейской экуменической ассамблеи (Грац, 1999 год) гласит: “Мы просим церкви сделать неотъемлемой частью каждого уровня своей активности заботу и попечение о творении. Например, можно присоединиться к Константинопольскому Патриархату, который каждый год празднует День Творения. Это необходимо, потому что экологическое будущее всего человеческого рода находится в серьезной опасности, и церковь должна это осознать. Забота о сохранении творения есть не один из многих вопросов, а существенное аспект церковной жизни в целом” [1].

Господь, творениЭта рекомендация — неспешный отклик на предложение, сделанное Константинопольским патриархом Димитрием I уже десять лет назад. В его послании от 1 сентября 1989 года говорилось: “Поэтому настоящим Патриаршим Посланием мы просим весь христианский мир совместно с Матерью Христовой Церковью, Вселенским Патриархатом, ежегодно в этот день возносить молитвы и мольбы к Создателю всего и в благодарение за великий дар творения, и с просьбою о сохранении и защите творения. В то же время мы отечески призываем, с одной стороны, верующих чад всего мира самим уважать и защищать окружающую нас природу и призывать своих детей к тому же, а с другой стороны, мы обращаемся ко всем, кому вверена ответственность за управление народами, чтобы они неотложно предпринимали меры, необходимые для защиты и сохранения творения Божия” [2].

Как решение, принятое в Граце, может преобразить церковную жизнь? Как сделать частью нашего богослужения, частью литургического года ответственность за Божие творение? Какую роль может сыграть предложение Вселенского Патриарха?

Бог как Творец в годичном круге богослужения

Очевидно, что в настоящее время в годичном круге богослужения обращение к Богу Творцу занимает далеко не центральное место. Важнейшими праздниками христианского календаря считаются те, которые отмечают проявления силы Божией во Христе Иисусе: Распятие и Воскресения, излияние Духа Святого, Боговоплощение. На протяжении года христиане празднуют все главные события, связанные с откровением Бога во Христе. Однако, нет дня и часа, когда бы мы вспоминали Бога Творца. Церковный год почти исключительно сосредоточен на второй и третьей частях Никейского Символа веры.

Как оценить такое положение вещей с учетом экологического кризиса? Не пора ли пересмотреть структуру годичного богослужебного цикла? Конечно, каждый церковный праздник предполагает веру в “Бога Вседержителя, Творца неба и земли”. Разве можно праздновать Богоявление или Пятидесятницу, не вспоминая о Боге Творце? Но достаточно ли такого воспоминания? Если мы вспомнить, что сегодня иудео-христианскую традицию все чаще обвиняют в том, что она в значительной степени способствовала современному хищническому отношению к природе, становится понятно, почему все чаще раздаются и призывы реформировать церковный календарь. Даже если бы удалось доказать, что критики христианства неправильно истолковывают библейские тексты, отсутствие Бога Творца в череде христианских праздников само по себе заслуживает внимания. Если верно, что сознание верующих определяется не столько церковным учением, сколько богослужением, то следует дать выражение и нашей вере в Творца неба и земли. Богослужение должно выражать Символ Веры целиком.

Откровение Бога в истории

Последовательность церковных праздников связана с последовательностью времен года. Каждый год цикл времен года начинается заново. В этом смысле природный ритм определяет церковный богослужебный год. Однако,  содержание праздников соответствует не природному ритму, они увековечивают события, связанные с откровением Бога во Христе. Год цикличен, но он напоминает о том, что Христос — поворотная точка истории.

Уже в истории Израиля связь богослужебного года с природным циклом вполне очевидна. Важнейшие праздники иудеев первоначально были связаны с природными событиями. Пасха возникла в кочевой период истории иудеев как весенний праздник, когда приносили в жертву перворожденных агнцев. Три других праздника были заимствованы у оседлого населения Ханаана и отмечали этапы обработки земли: а) праздник Опресноков отмечали во время сбора ячменя; б) через семь недель после Опресноков был сбор урожая пшеница, его отмечали праздником Кущей или, как его еще называли, Седмиц; в) сбор винограда и плодов отмечали праздников Начатков жатвы, Суккот, который иногда называли просто Праздником. Особенно отчетливо первоначальное значение этих праздников видно в сопровождавших их обычаях. Во время Опресноков Богу приносили первый сноп, в праздник Седмиц — первый испеченный хлеб. В праздник Начатков о сборе винограда и фруктов напоминали пальмовые ветви и листья.

Израиль постепенно наполнил эти праздники новым смыслом. На Пасху вспоминали Исход из Египта. С этой же историей были увязаны праздник Опресноков и праздник Кущей. Теперь использование опресноков объясняли воспоминанием о том, как евреи, вынужденные в спешке бежать от египтян, не успевали заквасить хлеб и потому первое время питались только пресными лепешками (Исход 12, 34, 39). Праздник Кущей объясняли повелением Ягве: “Чтобы знали роды ваши, что в кущах поселил Я сынов Израилевых, когда вывел их из земли Египетской. Я Господь, Бог ваш” (Лев. 23, 43). Праздник Седмиц позднее стали объяснять как воспоминание о даровании Закона на Синае.

Это не означает, что Израиль совершенно забыл связь праздников с творением. Основой мироощущения Израиля была суббота, день седьмой. Каково бы ни было происхождения этого дня покоя, исторически иудеи стали связывать его с воспоминанием о сотворении мира. “Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его” (Исх. 20, 11). Суббота была днем отдыха не только людей и скота, но и земли. Это особенно ярко видно в предписаниях, связанных с “субботними”, “юбилейными” годами. Каждый седьмой год субботствовала земля — она полностью отдыхала, ничего не сеяли, не жали (Лев. 25, 4). Но хотя исторический опыт наполнил праздники новым содержанием, их связь с природным циклом не была насовсем утрачена. Как можно было приносить в жертву начатки плодов, не вспоминая Творца?

Христианство еще более наполнило праздники историческим смыслом. Отныне решающим событием, определяющим все прочие, стало воскресение Христа. В общинах христиан вошло в обычай собираться вечером первого дня недели, то есть, в день Воскресения Христова, чтобы праздновать преломление хлеба. Со временем этот День Воскресения, День Господень или День Солнца поглотил традицию Субботы. Для христиан субботой стало воскресенье. Но это изменило смысл праздника. Главным его содержанием стало воспоминание о победе Христа над смертью. Община собиралась, чтобы отметить присутствие Господа в Слове, молитве и трапезе, чтобы обратиться мысленно ко Его Второму Пришествию. Связь праздника с природой отошла в тень. Конечно, в евхаристических молитвах было упоминание о творении, потому что вино и хлеб считали дарами Божиими. Однако главным в совместной трапезе стало соединение с распятым и воскресшим Христом.

Иудейские праздники более не соблюдали или заменили христианскими. В результате сохранявшаяся ранее связь праздников с природой была утрачена.

Постепенное развитие церковного года

Церковный богослужебный годичный цикл, каким мы его видим сегодня, является результатом длительного и сложного развития. Он сложился не вдруг. Это не рациональная во всех своих частях схема, а отражение идей и концепций разных исторических эпох. “Соединение различных хронологических структур и концепций, привязанных к конкурирующим календарным системам и астрономическим циклам, привело к чрезвычайно сложной комбинации дат, обрядов, праздников и праздничных периодов, — поистине ошеломляющая, искусственно соединенная архитектоническая структура”[3]. Церковные расколы привели к тому, что церковный год оформлялся в разных конфессиях по-разному. У каждого христианского направления формировались свои особенности. Первоначально разделились Запад и Восток, но дробление христианства в эпоху Реформации 16 столетия так же привело к расхождению богослужебных традиций. Поэтому отнюдь нельзя рассчитывать на то, что различные конфессии смогут придти к единому порядку построения церковного богослужебного года.

Основные принципы богослужебного года определены различными природными циклами. Первый — это последовательность воскресных дней. Для Церкви, как и для Израиля, главным является цикл из семи дней, формирующий основу церковного календаря.

Вторым по важности является пасхальный цикл. Пасха, праздник Воскресения, стала первым христианским праздником, который отмечали ежегодно. Со временем вокруг Пасхи сформировались и другие праздничные даты: до нее — Великий пост, вербное воскресенье, Страстная Неделя, в которой особое место заняла Страстная Пятница; после Пасхи — Вознесение и Пятидесятницы; на рубеже первого и второго тысячелетий добавился День Пресвятой Троицы, который как бы завершает цикл. Поскольку Пасху отмечают в первое воскресенье после первого полнолуния после весеннего равноденствия, дата праздника варьируется, и с ней изменяются даты остальных праздников пасхального цикла.

Третий цикл, рождественский отмечен двумя праздничными днями: Рождеством Христом и Богоявлением 6 января. В отличие от Пасхи, Рождество привязано к конкретному дню по солнечному календарю, и поэтому оно не обязательно приходится на воскресенье. Из-за того, что рождественский цикл и пасхальный основаны на различных системах исчисления времени, продолжительность времени между ними год от года изменяется. Меняется и число воскресных дней между Богоявлением и началом Великого поста, как и число воскресений между Пятидесятницей и началом Рождественского роста. Другие праздники церковного года отчасти связаны с этими крупными циклами, а некоторые (как Преображение 6/19 августа) не имеют видимой связи ни с Рождеством, ни с Пасхой. Некоторые фестивали, как День Реформации, увековечивают события церковной истории, другие, как Новый Год, зафиксированы в гражданском календаре.

Creation of heavenЧетвертый цикл состоит из дней памяти святых. Уже на заре церковной истории в определенные дни вспоминали это “облако свидетелей”. Перечни святых разнятся в разных церквах, на Западе и на Востоке. В протестантских конфессиях перечни святых во многом потеряли свое значение, потому что почитание святых было осуждено. Дни святых стали просто памятными датами вообще были преданы забвению.

Изменчивость церковного года

Хотя главные богослужебные циклы прочно укоренены в жизни Церкви, богослужебный год не зафиксирован раз и навсегда. Он продолжает развиваться, и каждый век вносит что-то свое. Праздники, значение которых некогда казалось непреходящим, постепенно забылись, а их место заняли новые. Чрезмерное развитие каких-то обрядов иногда обрывается радикальными реформами, особенно в эпоху Реформации. Другие, более мягкие реформы, направлены на то, чтобы устранить несоответствия в церковном календаре и сделать его более логичным — таковы реформы Второго Ватиканского собора.

Таким образом, желание включить в церковный календарь даты, когда бы специально воздавалась честь творению и Его Создателю, не противоречит церковной традиции [4]. Что мешает христианству стремиться к тому, чтобы вера в Бога как Творца нашла более ясное выражение в литургической жизни церкви, отвечая тем самым на экологический кризис? Отдельные христианские конфессии уже начали движение в этом направлении. В многих церковных общинах, особенно сельских, существует традиция отмечать сбор урожая, и сегодня мы являемся свидетелями попыток возродить эти традиции. В Католической Церкви все большее значение приобретает день святого Франциска Ассизского 4 октября. Все большее число христиан сознает потребность выразить в богослужебной жизни нужду в Божьем творении и его защите.

Предложение Вселенского Патриарха

Предложение Вселенского Патриарха сделать 1 сентября днем “благодарения за великий дар творения  и молитв о его сохранении и спасении”. Почему выбрана именно эта дата?

В православной традиции с 1 сентября начинается церковный год. Этот обычай восходит еще к временам Византийской империи, когда летоисчисление велось по индиктам, циклу из нескольких лет. Официальные документы всегда указывают сперва индикт, а затем место года внутри индикта. Эта система была введена при императоре Диоклитиане в 297-298 гг. и сделана общегосударственной при императоре Юстиниане I в 462-63 гг.[5]. Сперва год начинался 23 сентября, а во второй половине 5 столетия начало было перенесено на 1 сентября. Индикт сперва состоял из пяти лет, позднее из пятнадцати. С концом очередного индикта начинался новый. Церковь также использовала это летоисчисление, торжественно отмечая начало каждого года, особенно нового индикта. В Константинополе начало нового года индикта возвещал сам Патриарх. После литургии в соборе святой Софии Патриарх и члены Священного Синода собирались в огромном зале. После молитв и церковных гимном Патриарх объявлял наступление нового и давал общее благословение. После этого он подписывал официальный документ, фиксирующий наступление нового года [6].

После гибели Византийской империи эта традиция потеряла практическое значение. Однако в церковном календаре дата сохранилась, и православные до сих пор отмечают 1 сентября как начало нового года, хотя в церковной жизни эта дата не имеет никакого значения. Богослужебный год строится вне зависимости от 1 сентября [7]. Этот праздник — всего лишь обломок от календарных традиций прошлого. Вселенский патриарх в своем Послании почти не касается традиционного значения этого дня и едва его упоминает, не вдаваясь в объяснения.

Таким образом, предложение Патриарха следует рассматривать как героическое усилие придать новое содержание празднику, который почти совершенно потерял свой изначальный смысл. Церковный год должен начинаться с размышлений о Боге Творце, даре творения и нашей ответственности перед Богом и перед теми, кто, как и мы, сотворен Им.

Возможное направление богослужебных новаций

Как можем мы усилить нашу хвалу Богу в богослужении? Каково может быть направление возможных новаций в структуре церковного года?

Самой важной частью этого года является воскресенье. Нельзя согласиться с тем, что связь субботы (теперь воскресенья) с творением была отодвинута на задний план. Конечно, главным значением воскресенья является воскресение Христа и победа над смертью; воскресенье есть “малая пасха”. Но не следует думать, что это новое содержание “седьмого дня” несовместимо с ветхозаветным смыслом субботы как дня покоя, воспроизводящего Божий покой в седьмой день творения. Обновление творения во Христе есть довершение, исполнение творения. Как творения Божии мы восхваляем Творца, Который призвал это мир к бытию и поддерживает его, заботится обо всех созданиях Своих и дает им пищу во благовремении, побеждает смерть явлением обетованного Царствования Божия. Воскресенье напоминает нам о нашей ответственности перед людьми и всеми остальными творениями. Оно кладет предел нашему ослеплению делами, заставляет нас отступить назад и еще раз осознать, кто мы такие — перед лицом Божиим и перед всем творением. Воскресенье есть предел той человеческой активности, которая мешает войти в новое творение Господне.

Но неужели на протяжении церковного года нет времени для определенных “дней творения” или, еще конкретнее, для специального времени обращения к Богу как к Творцу? Неужели не имеет смысла сделать таким праздничным временем 1 сентября, или Праздник Урожая, или 4 октября? Почти сразу наше сердце относятся к этой идее скептически. На протяжении последних десятилетий христиане слишком уж часто провозглашали воскресные дни праздниками, которые напоминают о нашем нравственном долге — есть специальные “дни беженцев”, “дни инвалидов”, есть День прав человека и тому подобное. Скоро уже можно будет говорить о формировании “параллельного” церковного года. Неужели к этим бесконечным “дням” следует еще добавить и “день экологической ответственности”?

Дело не в том, чтобы дать пышное название еще одному воскресенью. Дело в том, чтобы яснее выразить принципиальную часть христианской веры. Нам нужно показать, по выражению Второй европейской экуменической ассамблеи, что “забота о сохранении творения есть не один из многих вопросов, а существенное аспект церковной жизни в целом”.

Одного этого соображения достаточно, чтобы посвятить этой теме не один какой-то день, а целый период. Он может начинаться 1 сентября, или в первое воскресенье после 1 сентября, и продолжаться до 4 октября или до первого воскресенья после 4 октября. Таким образом, мы объединим вместе дни, значение которых близко в различных традициях. Во многих странах мира именно в это время празднуют сбор урожая.

Такой праздничный цикл, посвященный творению, легко бы вошел в существующий церковный календарь. Прежде чем вспомнить о великих событиях истории спасения, с Рождества Христова до излияния Духа Святого, мы вспоминали бы о Боге как источнике всякой жизни. После переживания великих дел Божиих, совершенных в истории, мы вновь возвращались бы к Богу, Чьи руки охватывают все время целиком.

Возможная трудность лишь в том, что время такого праздника в северном и в южном полушариях приходилось бы на разные времена года. Когда в Европе урожай, в Аргентине, Южной Африке и Австралии — весна. Но разве день Создателя зависит от времени года? Его можно увязать как с увяданием природы, так и с ее пробуждением. Ведь и Рождество лишь условно соединено с зимой, а Пасха с весной, и благодарение Творцу не обязательно должно быть связано с одним-единственным временем года. Просто в разных странах мира размышления о Боге как Творце были бы посвящены различным аспектам одного и того же догмата.

Альфа и Омега

Праздник Творения в церковном календаре! Тем самым мы связали все догматы христианства с верой в Бога как Творца. Сегодняшние разговоры об экологической ответственности легко оставляют впечатление, что это нечто совершенно новое, что это вообще политический вопрос. Многие христиане до сих пор не понимают, что мы говорим о том, что диктуется всей христианской верой. Сегодня мы относимся к дару творения так, что почти что отрекаемся от Бога. Когда экологическая ответственность изолируется от веры в целом, проигрывает именно вера.

Праздник Творения будет готовить людей к углубленному пониманию Рождества, Пасхи и Пятидесятницы. Церковный богослужебный год воспроизводил бы структуру Символа веры. Бог — Творец неба и земли, и это основа и условие для всего, что происходит в мире. Став человеком, Бог вошел в творение, через воскресение он дарует новую жизнь, изливает дары Духа на человечество и все творение. Праздник Творения открыл бы возможность глубже понять Троицу — Отца, Сына и Духа Святого.

Праздник Творения это и начало, и конец церковного года. Размышления о Творце направляли бы наш ум к тому новому, что творит Господь. В конечном счете, Божие творение невозможно вполне понять без его восполнения в Иисусе Христе. Над горизонтом творения изначально сияет свет Царствования Божия. В празднике творения мы празднуем и происхождение, и исполнение — Альфу и Омегу.

Кроме того, Праздник Творения напоминает нам, что мы — одни из многочисленных творений. Это время подумать о том, как мы используем дары Божии, как мы будем обращаться с ними впредь. Это возможность для Церкви призвать к новому, более ответственному образу жизни. Послание Вселенского Патриарха усиленно призывает: “Мы должны попытаться вернуться к должному отношению с Творцом и творением. Это вполне может означать, что как пастух во время великой опасности отдает жизнь свою за паству свою, так люди могут оказаться перед необходимостью пожертвовать частью своих желаний и потребностей, чтобы выжил мир естественной природы. Это новая ситуация — новый вызов. Это вызов человечеству не только наслаждаться творением и пользоваться им, но и разделить его страдания. Это призыв прежде всего и более всего к покаянию, но к покаянию, которого раньше многие не понимали.” Если праздник Творения поможет такому обращению людей, он выполнит свою задачу.

9 февраля 1999 года

[1] Reconciliation, Gift of God and Source of New Life. Documents of the Second European Ecumenical Assembly in Graz, 1997. CEC and CCEE, Graz, 1998, p. 57.

[2] Послание Святейшего Вселенского патриарха Димитрия в День Защиты Окружающей Среды. В кн.: Orthodoxy and the Ecological Crisis, 1990.

[3] Karl-Heinz Bieritz, in Handbuch der Liturgik, Hans-Christoph Lauber and Karl-Heinz Bieritz, eds., Leipzig und Gцttingen 1995, p. 453.

[4] Там же, с. 487.

[5] Corpus Iuris civilis, Nov. 47, 2.

[6] V.Grumel, Indiction, in New Catholic Encyclopedia, New York 1967, vol. 7, pp. 466-468.

[7] “Идея года как некоего единства и как исторического времени, в котором церковь живет для осуществления своего предназначения, столь слаба в византийском сознании, что первым месяцем считается сентябрь, который в нашем современном календаре не имеет специального “литургического” значения”. — Александр Шмеман. Введение в литургическое богословие. Лондон, 1966. С. 136.

 

Лукас Фишер. Праздник творения // Досье – День Творения / Период Творения. Международный Год Пресной Воды.  Европейская Христианская Экологическая Сеть (ЕХЭС)